В начале XIX века Европа была охвачена пламенем. Наполеон Бонапарт, император Франции, стремился подчинить себе весь континент. Его главным противником оставалась Великобритания, и чтобы сломить ее экономически, Наполеон ввел Континентальную блокаду — запрет на торговлю с британцами. Португалия, давний союзник Англии, отказалась подчиниться. В ответ Наполеон решил действовать.

В 1807 году он заключил договор с Испанией, чтобы провести свои войска через ее территорию для вторжения в Португалию. Однако это было лишь уловкой. Французские солдаты быстро заняли ключевые испанские города, и стало ясно, что истинная цель Наполеона — сама Испания. Внутри испанской королевской семьи царил раздор: король Карл IV и его сын, наследный принц Фердинанд, ненавидели друг друга. Наполеон решил использовать этот конфликт в своих интересах.

Весной 1808 года Наполеон заманил Карла IV и Фердинанда VII во французский город Байонна под предлогом посредничества. Там, вдали от своих подданных, испанские монархи попали в ловушку. С помощью угроз и давления Наполеон заставил сначала Фердинанда вернуть корону своему отцу Карлу, а затем Карла — отречься от престола в пользу самого Наполеона. Эти события вошли в историю как Байоннские отречения и стали несмываемым пятном на репутации испанской монархии. Испания осталась без законного короля.

Получив корону, Наполеон немедленно передал ее своему старшему брату, Жозефу Бонапарту. Испанцы были в ярости. Они отказались признавать французского ставленника, которого презрительно прозвали «Пепе Бутылка» (Pepe Botella), намекая на его предполагаемую любовь к вину. По всей стране вспыхнуло восстание. Началась затяжная и кровопролитная Пиренейская война.

Новость о пленении короля и французском вторжении достигла испанских колоний в Америке, включая вице-королевство Рио-де-ла-Плата, с центром в Буэнос-Айресе. Возник ключевой вопрос: если законного монарха нет, кто должен управлять? Ответ на него дала старая испанская правовая доктрина — retroversión de la soberanía (возврат суверенитета).

В самой Испании города, не покорившиеся французам, начали формировать местные советы управления, или хунты. Вскоре они объединились под руководством Верховной центральной хунты Севильи, которая объявила себя временным правительством, правящим от имени пленного Фердинанда VII. Однако ее авторитет в американских колониях был шатким. Почему далекая Севилья должна управлять Буэнос-Айресом?

Кризис в Испании стал для креольской элиты Буэнос-Айреса уникальной возможностью. Опираясь на принцип возврата суверенитета, они утверждали, что вице-королевство Рио-де-ла-Плата имеет такое же право на создание собственной хунты, как и любая провинция в Испании. Опыт успешного отражения британских вторжений лишь укрепил их решимость. Политический вакуум, созданный Наполеоном, открыл дорогу для революции.